Глод: «Лукашенко не будет пересекать обозначенные Украиной красные линии, потому что боится за безопасность своего режима»

Казалось бы, еще недавно Лукашенко в очередной раз угрожал «Орешником». Но буквально в течение пары месяцев по «шкале крутости» его риторика от «чтобы не бахнул, вы к нам не лезьте» опустилась до уровня «может быть, я где-то и переборщил».

Ультиматум Зеленского, открытые угрозы Мадяра, эффектные удары украинцев вглубь России — о том, что так сильно повлияло на изменение мировоззрения правителя, «Филин» спросил у  политического аналитика Екатерины Глод.

— Лукашенко впервые почувствовал опасность для своего режима и для себя, — считает собеседница. — Он беспокоится не только за НПЗ.

Полагаю, особенно сильно его взволновали слова Мадяра о том, что им известно, где он проводит время.

То, насколько Украина стала удачно проводить свои симметричные удары по России, удивило не только Запад. Думаю, что и Лукашенко вряд ли такое ожидал.

Он понимает, что Беларусь находится намного ближе, она компактнее, ее проще, чем Россию, подставить под удар. И после ультиматума Зеленского показал, что прагматизм для него превалирует.

Что еще сильно удивило всех, не только его, изменение политики Украины по отношению к Беларуси. Это уже не попытка задобрить или быть осторожным с Лукашенко, а четкое открытое противостояние и попытка провести свои красные линии, чего до этого не было.

Там и встреча с Тихановской, и больше коммуникации с беларуской оппозицией. Думаю, эта смена риторики стала для Лукашенко не менее неожиданной, чем новые возможности украинцев атаковать РФ.

А тут и Запад так легко и недвусмысленно отнесся к тому, что Беларусь может стать мишенью, так как Украина защищается. Такого поворота, думаю, Лукашенко тоже не ожидал.

В то же время говорить о том, что он полностью изменил поведение, мы не можем. Пока история с ретрансляторами была единичный случаем, когда он пошел на уступки.

Но если Украина продолжит в том же духе, то вполне возможно, мы увидим и более систематическое изменение поведения беларуского правителя.  

Он будет потихоньку не то чтобы сворачивать участие в войне, но, полагаю, не будет пытаться пересекать обозначенные Украиной красные линии, потому что он боится за безопасность своего собственного режима.

— Он был в поездке, и все обсуждают, насколько были запланированными его визиты и почему после очередной встречи с Путиным не последовало вообще никаких разъяснений.

— Что касается Китая, такие поездки обычно согласовываются заранее. Лукашенко ехал изначально на выпускной к Коле, и, на мой взгляд, это совпадение, что Украина выставила ультиматум, потом эта поездка в РФ.

Он в связи с этим попросил о встрече Си Цзиньпина, и тот смог уделить ему время. Это не была заранее спланированная попытка искать поддержки Китая.

Но так сложились обстоятельства, что Лукашенко снова продемонстрировал то, что вписывается в его постоянное поведение. Он же все время пытается лавировать между всеми, пусть у него сейчас и гораздо меньшее свободное поле для маневра.

Но показывает он, в принципе, то же самое. Украине — что услышал их, но не свободен. В Россию поехал, очевидно, чтобы подтвердить Путину, что он его самый главный сторонник и ничего не происходит.

То есть он не отказывается от поддержки Путина, но для всех, в том числе для него будет лучше, если по Беларуси не будут бить. Потому что Путину нужен тыл, ему нужна беларуская логистика, бензин и т.д.

По моему мнению, на Валдае у них был достаточно жесткий разговор, который показывает, что хоть Беларусь и зависима от России, тем не менее в каких-то тактических вопросах Лукашенко до сих пор сохраняет свой контроль и свободу решения.

А поскольку и Кремль теперь зависит от Беларуси гораздо больше, чем ранее, так как она стала стратегическим плацдармом, поэтому и одному, и второму приходится идти на некие уступки.

Лукашенко смог обыграть свою поездку в Китай и показать, что у него не одна Россия, а есть еще поддержка Китая. Но ведь Китай всегда всем странам говорит, что поддерживает их независимость и суверенную неделимость.

Я бы не искала в этих словах какое-то специальное послание, дескать, Си Цзиньпин поддерживает Лукашенко и чуть ли не советует тому не вступать в войну.

Думаю, если бы Путин прижал Лукашенко, Китай не стал бы в это вмешиваться, не стал бы одергивать Путина. Но то, что это прозвучало в данном контексте, Лукашенко, наверняка, представил своим элитам, как то, что за нами Китай, поэтому у нас есть пространство для маневра, чтоб отстаивать свои позиции перед Россией, в частности в вопросах, касающихся безопасности режима.

Опять-таки и для Путина тоже важно, чтобы сохранился Лукашенко, а не кто-то другой.